Новостная лента
15 Апреля 2009 года

Выступление А. Симонова на встрече с Президентом РФ


Выступление Алексея Симонова на встрече Президента РФ Дмитрия Медведева с членами Совета по содействию развитию институтов гражданского общества и правам человека.


А. СИМОНОВ: В России сегодня с точки зрения общественных организаций установился климат безнаказанности преступлений против лидеров гражданского общества, журналистов, гражданских активистов, адвокатов. И безнаказанность – это продукт, как бездеятельности, так и прямой деятельности правоохранительных органов, об этом уже отчасти сказали предыдущие два оратора.

Скажем, за последние два года несколько десятков журналистов были арестованы и избиты при освещении митингов протеста и марша несогласных. Деятельность здесь выражается в том, что омоновцев в выходные дни собирают в количестве, в три-четыре раза превышающем число заявленных участников, инструктируют, что они борются с врагами государства. А когда они творят произвол, наступает черёд бездеятельности, нарушителей закона не только не судят, но и всячески противодействуют возбуждению уголовных дел в отношении этих, с позволения сказать, правоохранителей. Полтора десятка журналистов, избитых при освещении декабрьской акции протеста во Владивостоке, испытывают сейчас этот механизм на себе, ровно сейчас, ровно в это самое время.

А с другой стороны, убийство Холодова, Политковской, Листьева, Щекочихина, Кирсанова – в Кургане, Маркевича – в Екатеринбурге, ни в одном ещё деле не выявлены ни убийцы, ни заказчики. И всякое, даже малое, продвижение на этом пути идёт через сопротивление ведомств, через хитросплетение государственных амбиций и частных интересов.

Как шло, например, расследование наиболее известных случаев убийства журналистов? Взять Тольятти, Иванов и Сидоров, два убитых редактора одной и той же газеты. Как здесь действует этот механизм? Первое – ни за что не признавать, что мотивом убийства является журналистская деятельность. Второе – оба раза через неделю после убийства хватают кого попало, затем появляется, бывший теперь, заместитель Генерального прокурора Колесников и объявляет во всеуслышание, что виновные найдены и их будут судить. В одном случае из троих арестованных двоих отпустили за недоказанностью, третий умер в тюрьме, суда не было. Во втором случае арестовали сварщика, били так, чтобы сознался, но в суде обвинение рассыпалось, его освободили за непричастность к преступлению. Оба случая – «висяки», следствие приостановлено, доступ к материалам обоих дел закрыт, убийцы на свободе и могут творить свои бесчинства дальше.

Анализируя статистику убийств журналистов, мы выяснили, что в среднем эти убийства расследуются должным образом в восемь раз реже, чем убийства и другие тяжкие преступления в отношении обычных граждан. А в последние годы возникла новая тенденция, жертвой её стали руководители и активисты гражданских организаций, профсоюзные деятели в Тольятти, Колпине, Санкт-Петербурге, участники движения «Солидарность», Станислав Яковлев – два дня назад выбиты зубы и сломан нос, неделей раньше Лев Пономарёв – руководитель движения за права человека, Елена Васильева – руководитель организации «Забытый полк», избит и обезображен редактор «Химкинской правды» Михаил Бекетов, прямые угрозы присутствующей здесь Светлане Алексеевне Ганнушкиной и Галине Кожевниковой, убийство адвоката Маркелова и журналистки Бабуровой.

Знаете ли Вы, что в «Новой газете», с редактором которой Вы встречались позавчера, введено правило встречаться с обращающимися в газету только под наблюдением службы безопасности? А что им делать, если только убитых журналистов в газете пять? А что делать нам, если расследование по избиению Пономарёва начали только тогда, когда мы объявили пресс-конференцию по бездеятельности правоохранительных органов? Кстати, на этой пресс-конференции было целых четыре телевизионных камеры, из них три – иностранные. Что делать, когда мы не первый уже год обращаемся и к Вам, и Вашему предшественнику с просьбой проявить милосердие к людям, которые, с нашей точки зрения, безвинно получили 14 и 12 лет лагерей? Я говорю о Сутягине и о Данилове. Мы так и не удостоились ни одного ответа на наши письма. А между тем в обоих процессах были вопиющие нарушения правосудия, безграмотные экспертные заключения и граничащее с издевательством попрание здравого смысла. Дочитает ли кто-нибудь эти письма?

Пользуясь возможностью, обращаюсь к Вам непосредственно сегодня и сейчас. Надо принимать меры по изменению климата в стране, где инакомыслие и гражданская активность приравниваются правоохранительными органами к преступлению против государства. И опасность насилия по отношению к гражданским активистам, журналистам и адвокатам сопровождает их ежедневно.

О чём мы Вас просим? Выступая по телевидению, найдите возможность дать этим случаям политическую и нравственную оценку, чтобы люди знали: Вы – наш единомышленник. Дать указание руководителям правоохранительных органов взять под личный ответственный контроль каждый из перечисленных или подобных случаев и не пренебрегать обязанностью информировать общество о принятых мерах. Потребовать от них эффективно реагировать на имевшие место угрозы. Надоело, честно говоря, слушать: не убили, ну и слава Богу, вот как убьют, приходите, поговорим с вами. Есть предложение: нельзя ли принять поправки в соответствующие законы, приравняв гражданских активистов, журналистов и адвокатов к государственным служащим, к сотрудникам правоохраны и судьям? Есть и другие предложения. Все это изложено в нашем письме, его Вам передаст Элла Александровна. Спасибо за внимание.

Д. МЕДВЕДЕВ: Спасибо.

Пожалуйста.

Все новости

ФЗГ продолжает бороться за свое честное имя. Пройдя все необходимые инстанции отечественного правосудия, Фонд обратился в Европейский суд. Для обращения понадобилось вкратце оценить все, что Фонд сделал за 25 лет своего существования. Вот что у нас получилось:
Полезная деятельность Фонда защиты гласности за 25 лет его жизни